в

Архимандрит Варсонофий: валаамский монах, построивший русский храм в Рабате

Изгнанник с Валаама, автор двух акафистов и строитель храма Воскресения Христова: как отец Варсонофий (Толстухин) за франк получил землю, собрал русских по всему Марокко и завещал похоронить себя в марокканской земле

Ночью 27 февраля 1952 года больной старик в Рабате попросил отвезти его в церковь: он хотел умереть у себя, в храме, который построил двадцать лет назад. Его повезли, но до храма он не доехал. В завещании архимандрит Варсонофий написал: «а прах мой предайте марокканской земле». Так закончилась жизнь валаамского монаха, с которого началась православная история русского Марокко.

В 2027 году православная община Марокко отметит сто лет, а со дня кончины отца Варсонофия исполнится семьдесят пять. Его имя знает каждый прихожанин Воскресенского храма в Рабате, но сама жизнь этого человека, от ладожских островов до марокканского кладбища, известна гораздо меньше.

Подросток на Валааме

Василий Григорьевич Толстухин родился в 1887 году в Епифанском уезде Тульской губернии. Подростком, в 1901 году, он пришёл в Спасо-Преображенский Валаамский монастырь на Ладожском озере и остался там на двадцать лет. Митрополит Евлогий, хорошо его знавший, вспоминал, что в молодости он был келейником архиепископа Финляндского Сергия и исполнял при нём секретарские обязанности. Служил он и в Карельской миссии.

В 1910 году Василий принял постриг с именем Варсонофий и в том же году стал иеродиаконом. Иеромонахом его рукоположили в 1922 году, когда Валаам уже оказался за границей: после революции остров отошёл к независимой Финляндии.

Изгнание: Коневец, София, Париж

Для валаамских монахов граница обернулась расколом. Финляндская церковь в начале 1920-х годов уходила из-под власти патриарха Тихона и переходила на новый календарь. Отец Варсонофий остался верен патриарху и старому стилю. Сам он писал в автобиографии, что за отстаивание юрисдикции патриарха Тихона был сослан на соседний остров Коневец и пробыл там с 1922 по 1926 год. Евлогий называл его «старостильником», покинувшим обитель из-за разногласия со сторонниками нового стиля.

На Коневце он не сидел без дела: в 1923 году получил награду за акафист преподобному Арсению Коневскому, основателю монастыря. В 1926 году ему пришлось оставить и Коневец. Он уехал в Софию к профессору Н. Н. Глубоковскому, известному богослову, жил в Рыльском монастыре и, по собственным словам, написал акафист преподобному Иоанну Рыльскому. Оттуда митрополит Евлогий вызвал его в Париж. Отец Варсонофий слушал лекции в Свято-Сергиевском богословском институте и служил в приюте «Нечаянная Радость» в Гарган-Ливри, но с настоятельницей не сработался. Тогда, вспоминал Евлогий, «я направил его в Африку».

«Послал туда своего человека»

Епитрахиль, старый требник, крест и письма с марками протектората на столе у арочного окна в Рабате
Отец Варсонофий начал с устава прихода и переписки с прихожанами по всему Марокко. Иллюстрация

Русские беженцы в Марокко ждали священника давно. По словам Евлогия, община начала складываться в 1925 году, и её члены писали в Париж, прося прислать батюшку. Митрополит описывал их жизнь без прикрас: работа в глуши, под угрозой налётов, змей и скорпионов. Указом от 23 августа 1927 года иеромонаха Варсонофия командировали в Марокко «для организации там прихода», и в октябре он приехал в Рабат.

Первым делом он составил устав прихода. Дальше началась работа, которую трудно себе представить сегодня: приход отца Варсонофия, как писал Евлогий, «раскинулся по всему Марокко». Священник ездил к своим прихожанам в Касабланку, Марракеш, Мекнес и в Хурибгу, где русские работали на фосфатных рудниках. В 1931 и 1932 годах при его участии в Касабланке появились домовая церковь и «Русский клуб», где можно было съесть тарелку борща, почитать русскую газету и сыграть в шахматы. Были и трудности другого рода: Марокко церковно относилось к Александрийскому патриархату, и с греческим приходом Касабланки отношения складывались непросто.

Пыльная дорога через плато к посёлку у фосфатных отвалов и старый автомобиль 1930-х годов: объезды русских колоний в Марокко
Приход «раскинулся по всему Марокко»: священник ездил к русским от Касабланки до Хурибги. Иллюстрация

Земля за один франк

Самая известная история из жизни отца Варсонофия случилась в Рабате. Знатный марокканец, шериф Хусейн Джебли, как называет его сам священник, был женат на русской. Когда он тяжело заболел и врачи отступились, жена уговорила его позвать православного батюшку. Отец Варсонофий молился у постели больного, и тот выздоровел.

В благодарность шериф решил подарить русским землю под храм. Священник рассудил трезво: дарственную наследники могут оспорить. Евлогий пересказывает их разговор почти дословно: «Я хочу землю купить». «За сколько?» «За 1 франк». «Хорошо, бери за франк!» Сделку оформили по всем правилам, и у общины появилась купчая. Подробнее об этой истории и о том, как она отозвалась почти через сто лет, мы рассказали в материале «Земля за один франк».

Храм, который вытанцевали

Земля была, денег не было. Отец Варсонофий собирал их, объезжая русские колонии, а приход устраивал благотворительные вечера, на которые приходили французы и марокканцы. Выступали на них дочери эмигрантов, и Евлогий с нежностью писал, что «наши девочки своими ножками вытанцовали-выстроили наш чудный храм в Рабате». Храм в мавританском стиле заложили летом 1931 года.

13 ноября 1932 года митрополит Евлогий сам приехал в Рабат и освятил храм Воскресения Христова. В тот же день он возвёл отца Варсонофия в сан архимандрита. Как строили храм и что от русских церквей Марокко осталось, рассказывает наш очерк о православных храмах русского Марокко, а о святынях, которые собрал бедный приход беженцев, статья «Икона от царя».

Раскол и советский паспорт

Самые тяжёлые годы пришли после войны. В 1945 году митрополит Евлогий воссоединился с Московской патриархией, а в 1946-м умер. Его западноевропейская паства разделилась, и отец Варсонофий остался с Москвой: с 1946 года он значится благочинным русских церквей в Алжире и Марокко. Он, как пишет его биограф игумен Ростислав (Колупаев), взял советский паспорт: им двигало желание «ехать для служения родному народу». В 1948 году он просил митрополита Вениамина (Федченкова), которого знал ещё с Валаама, принять его на службу в Рижскую епархию.

Многие белые эмигранты пойти за ним не захотели. В Марокко тем временем приезжала вторая волна, люди из лагерей для перемещённых лиц, и в 1948 году касабланкская община ушла в Русскую зарубежную церковь, куда приехал свой священник. Колупаев пишет, что последние годы больного старца омрачили преследования со стороны противников. Как люди при этом всё равно помогали друг другу, мы рассказали в статье «Как первая волна спасала вторую». На родину отец Варсонофий так и не уехал.

Последняя ночь

Белая часовня-склеп с православным крестом среди кипарисов на христианском кладбище Рабата
Русская часовня на христианском кладбище Рабата, где похоронен архимандрит Варсонофий. Иллюстрация

О его кончине рассказывает письмо, сохранившееся в архиве прихода. Перед смертью отец Варсонофий ещё бодрился, пытался вставать. Ночью у него пошла горлом кровь, и он попросил отвезти его в церковь, чтобы умереть у себя. По дороге он тихо скончался. Его облачили, как он просил, завернули в мантию и положили в храме на циновку. На отпевание пришёл и греческий архимандрит, а французские газеты всех направлений напечатали сочувственные отклики.

Отца Варсонофия похоронили в маленьком склепе, принадлежащем церкви, на христианском кладбище Рабата. Его завещание сохранилось: «В мире дух мой предаю Господу, сердцем моим служил Православной Русской Церкви и родному народу, а прах мой предайте марокканской земле». Настоятелем после него стал архимандрит Митрофан (Ярославцев), служивший прежде в Хурибге. О русской часовне на кладбище и других местах памяти в Рабате мы писали в материале «Камни памяти».

Сто лет спустя

Храм, построенный отцом Варсонофием, служит до сих пор: это старейший действующий русский храм в Африке. В январе 2026 года нынешний настоятель протоиерей Максим Массалитин посвятил ему доклад на конференции соотечественников в Рабате, назвав его первым кормчим «корабля спасения» русской общины. Как живёт приход накануне своего столетия, рассказывает статья «Русский приход в Марокко сегодня».

О датах

В источниках о жизни отца Варсонофия много расхождений, и почти все объясняются календарём: одни авторы дают даты по старому стилю, другие по новому. Архимандритом он стал 31 октября 1932 года по старому стилю, то есть 13 ноября по новому, в день освящения храма; дата 7 января 1933 года из биографического словаря Суховых другими источниками не подтверждается. День рождения в разных работах указан по-разному (1, 14 или 31 января 1887 года), поэтому мы называем только год. Дата кончины у Колупаева напечатана как «27 ноября», но письмо о смерти датировано 29 февраля, а преемник вступил в должность 27 апреля 1952 года, так что верна дата 27 февраля.

Источники

  • Игумен Ростислав (Колупаев). Архимандрит Варсонофий (Толстухин): текст в Православной электронной библиотеке. Основан на архиве Воскресенского храма в Рабате: автобиографии, указах, завещании.
  • Митрополит Евлогий (Георгиевский). Путь моей жизни, глава 21, раздел «Марокко»: полный текст.
  • Е. Е. Сухова, Н. В. Сухов. Биографический словарь русской эмиграции в Марокко в ХХ в. М.: ИВ РАН, 2019, с. 322: PDF.
  • Священник Сергий Третьяков. Валаамские светильники духа. ХХ век. М., 2015: глава об отце Варсонофии.
  • Патриарший экзархат Африки о докладе протоиерея Максима Массалитина, 2026: новость.
  • Все книги и статьи о русских в Марокко: «Библиотека русского Марокко».
Поделиться:Telegram

Опубликовано: Иван Иванович

Дети из ассоциации «Дар» в русских народных костюмах на салоне «Аргана» в медине Агадира, май 2024 года

Русская община Марокко: события 2023 и 2024 годов

Раскрашенная от руки геологическая карта, геологический молоток, компас и образцы пород на столе геологической службы в Рабате

Отец марокканской геологии: Георгий Шуберт и русские геологи Марокко