Стол казначея русской общины в Касабланке: книга кассы взаимопомощи и повязка Красного Креста
в

Княгиня Урусова: от санитарного поезда к Красному Кресту Касабланки

Варвара Васильевна Урусова, урождённая графиня Гудович: поезд императрицы, гибель сына, Константинополь и Красный Крест русской Касабланки

Январь 1949 года. В Касабланку после долгой дороги из баварского лагеря Шляйсхайм добирается группа русских беженцев. Их встречают белые офицеры, и один из приехавших потом запишет в мемуарах, что тёща полковника, который их принял, «престарелая мать-княгиня», возглавляла в Марокко Русский Красный Крест. Княгине Варваре Васильевне Урусовой было тогда восемьдесят три года. За плечами у неё был санитарный поезд Первой мировой, гибель единственного сына, эвакуация раненых в Гражданскую и константинопольские причалы 1920 года. Впереди оставалось ещё четыре года работы.

Дочь графа Гудовича

Она родилась в Москве 6 июня 1865 года в семье графа Василия Васильевича Гудовича, отставного полковника лейб-гвардии Конного полка, и княжны Варвары Николаевны Щербатовой. Гудовичи были старым родом с малороссийскими корнями: роспись рода в «Малороссийском родословнике» В. Л. Модзалевского упоминает и её, графиню Варвару Васильевну, с той же датой рождения, что и словарь русской эмиграции в Марокко.

В 1888 году она вышла замуж за князя Владимира Петровича Урусова. Выпускник Пажеского корпуса, в 1878 году он был ординарцем главнокомандующего под Адрианополем, затем служил при посольстве в Риме и в консульстве в Сараеве, в московском губернском правлении, был вице-губернатором в Енисейске и Херсоне, а под конец жизни членом совета министра внутренних дел. В семье родились сын Пётр и четыре дочери. В ноябре 1907 года князь умер, и в сорок два года Варвара Васильевна осталась вдовой с пятью детьми, из которых младшей было восемь.

Поезд, сын и две войны

Вагон санитарного поезда Красного Креста времён Первой мировой войны
Иллюстрация: вагон санитарного поезда. В Первую мировую Варвара Урусова возглавляла поезд Красного Креста, созданный императрицей Александрой Фёдоровной.

В Первую мировую войну княгиня возглавила поезд Красного Креста, созданный императрицей Александрой Фёдоровной. Санитарные поезда той войны вывозили раненых с фронта в тыловые госпитали, и заведовать таким составом значило отвечать за врачей, сестёр, перевязочный материал и за каждого раненого в пути.

В первый же военный год война забрала её сына. Князь Пётр Владимирович Урусов погиб в декабре 1914 года; по словарю Суховых, в Восточной Пруссии. Ему было двадцать шесть лет.

Гражданская война застала её на юге. Вместе с двумя дочерьми она устраивала эвакуацию больных и раненых на Кавказе и на Царицынском фронте. Потом был Константинополь: там она работала в комитете, который встречал суда, пришедшие из Крыма, и устраивал беженцев. Затем, по назначению генерала Врангеля, она возглавила комитет помощи армии в одном из европейских центров эмиграции; в каком именно, источники не уточняют.

Касабланка: семья под одной крышей

Улица Касабланки 1930-х годов, где жила русская эмиграция
Иллюстрация: улица Касабланки 1930-х. Здесь осели дочь и зять княгини, здесь она прожила последние годы.

Когда именно Варвара Васильевна приехала в Марокко, словарь не называет. Её дочь Варвара Владимировна, побывав в Югославии и Париже, переехала в Марокко с мужем и дочерью в 1930-е годы. Муж дочери, полковник Генерального штаба Александр Александрович Подчёртков, в Белой армии служил при штабе Врангеля, а в Марокко с 1941 по 1954 год возглавлял местный подотдел Русского общевоинского союза. В последние годы мать, дочь и зять жили в Касабланке в одном доме.

Уже в 1932 году один из прихожан Касабланки писал настоятелю рабатского храма о новом деле: малоимущие эмигранты попросили устроить при церкви кассу взаимопомощи, то есть давать ссуды и принимать вклады. Среди согласившихся вести кассу он перечислил и двух дам: «княгиня Урусова, З. Н. Шкотт». Дело пошло, касса со временем заработала во всех частях прихода, а Варвара Васильевна заведовала ею до конца жизни.

У неё было одно редкое для эмигрантки преимущество: она стала гражданкой Франции, тогда как многие соотечественники, включая её зятя, жили апатридами. Ещё она славилась безупречным литературным французским и дружила с маршальшей Инес Лиотэ, вдовой первого генерального резидента Франции в Марокко.

«Красно-крестный кружок»

Главным её делом в Марокко стал местный филиал Российского общества Красного Креста, который она возглавляла до самой смерти. Константин Парчевский, автор очерков о русской жизни в Марокко, назвал эту организацию «красно-крестный кружок», возможно, потому что помощников у княгини было немного. Но, как пишет Н. В. Сухов, помощь вновь прибывшим эмигрантам в обустройстве была вполне заметной и оставила след в документах и воспоминаниях. Справедливости ради, словарь уточняет: врач Борис Кособудский, бывший декан Киевского медицинского института, фактически руководил Красным Крестом и во время её председательства, а после её смерти возглавил его официально.

Настоящая проверка для этой маленькой организации пришла после Второй мировой войны, когда в Марокко потянулись беженцы второй волны: бывшие военнопленные, перемещённые лица, апатриды. В 1940-е годы княгиня вместе с дочерью входила в группу эмигрантов, которые устраивали беженцев из Германии на работу, а Варвара Владимировна занималась благоустройством беженского лагеря под Касабланкой. В одних воспоминаниях о них сказано, что денег у этих людей было мало, «но была старая русская школа помощи ближнему». Как это выглядело в целом и сколько людей получили помощь, мы подробно рассказали в статье «Как первая волна спасала вторую».

На стороне Зарубежной церкви

У этой истории есть и менее идиллическая сторона. После войны настоятель Воскресенского храма в Рабате архимандрит Варсонофий перевёл приход в юрисдикцию Московского патриархата и, как выяснилось, принял советское гражданство. Для многих прихожан из старой эмиграции это было неприемлемо. В 1948 году часть касабланкского отдела во главе с адмиралом Александром Русиным и княгиней Урусовой вышла из общего прихода и создала свою общину, которая приняла священника Русской православной церкви за границей.

Сухов называет Русина и Урусову общепризнанными лидерами общины, сохранявшими монархические убеждения. С 1948 по 1951 год Варвара Васильевна входила в правление новой ассоциации, в 1951 году стала её казначеем, а в 1950 году переписывалась с Синодом Зарубежной церкви и с митрополитом Анастасием. Раскол разделил русскую колонию надолго, и правых в нём искать бессмысленно: с обеих сторон стояли люди, для которых вера и верность прошлому были не словами. Подробнее о том, как жили русские приходы Марокко, рассказано в статье «Православные храмы русского Марокко».

Февраль 1953 года

Аллея православных крестов на русском участке кладбища Бен М'Сик в Касабланке
Православные кресты на русском участке кладбища Бен М'Сик в Касабланке. На этом кладбище, на участке № 44, похоронена княгиня Урусова. Фото: Алекс Бего.

9 февраля 1953 года в Касабланке умерла Инес Лиотэ. Варвара Васильевна пережила подругу на восемнадцать дней: она скончалась там же 27 февраля 1953 года, в восемьдесят семь лет. Её похоронили на христианском кладбище Бен М’Сик, на участке № 44; о том, кто ещё лежит на этом кладбище, можно прочитать в статье «Русские кладбища в Марокко».

Приходской совет общины решил учредить при общине «Кассу взаимопомощи имени княгини В.В. Урусовой», в память о её служении церкви и всем, кто нуждался в помощи. Зять пережил её почти на два года и тоже похоронен на Бен М’Сике. Дочь, расписавшая иконостас Успенского храма в Касабланке, в 1955 году уехала с семьёй во Францию.

Об Урусовой иногда пишут как о благотворительнице, которой Марокко обязано школами и больницами. Документы этого не подтверждают, и это не нужно. То, что известно точно, весомее: женщина, потерявшая мужа, сына и страну, в семьдесят и в восемьдесят лет продолжала делать то же, что делала в санитарном поезде, то есть принимать тех, кому хуже. Касса, где малоимущий прихожанин мог взять ссуду, комитет, который искал приезжим работу, обязанности казначея общины на девятом десятке: из таких незаметных вещей и складывалась жизнь эмиграции. Сохранить её память честно значит не приукрашивать, а называть то, что было.

Также использованы: В. Л. Модзалевский, «Малороссийский родословник», т. 1 (роспись рода Гудовичей); «Православная энциклопедия», статья «Марокко», раздел о Православии; статьи Википедии «Урусов, Владимир Петрович» и «Inès de Bourgoing».

В основе статьи: исследования Н. В. Сухова «История русской эмиграции в Марокко в ХХ в.» (ИВ РАН, 2019) и Е. Е. Суховой, Н. В. Сухова «Биографический словарь русской эмиграции в Марокко в ХХ в.» (ИВ РАН, 2019).


🧳 Побывать в Касабланке: на нашем портале Morocco24x7

📍 Обзорная экскурсия по Касабланке: медина, ар-деко и Центральный рынок

Что почитать о княгине Урусовой

Поделиться:Telegram

Опубликовано: Иван Иванович

Российско-марокканские отношения

Российско-марокканские отношения: Глубокий взгляд на историю и современность

Последний русский главнокомандующий российской империи Духанин

Русская эмиграция в Марокко: история семьи генерала Духонина в Касабланке