Иван Иванович
Утро 24 октября 1942 года, египетская пустыня у высоты Химеймат. Легионеры отходят через минные поля, по ним бьют немецкие танки и итальянская артиллерия. К их командиру подъезжает лёгкая бронемашина британского артиллерийского наблюдателя: генерал Кёниг прислал её, чтобы вывезти подполковника из-под огня. Тот отказывается: «Моё место в Легионе, среди моих людей». Едва машина отъезжает, рядом рвётся снаряд. Так погиб князь Дмитрий Амилахвари, офицер, который впервые пошёл в бой в горах Марокко и чьи дети родились в Агадире.
Князь из исчезнувшей империи
Дмитрий Георгиевич Амилахвари родился осенью 1906 года. Его род издавна носил при грузинском дворе наследственное звание великого конюшего, «амилахвари», отсюда и фамилия. Орден Освобождения называет местом рождения Гори; другие французские источники указывают селение Базоркино на Северном Кавказе, и сослуживцы звали его «Базоркой». Дед, Иван Амилахвари, был генералом русской армии; отец, князь Георгий, стал полковником армии независимой Грузии; мать, Нино, происходила из рода Эристави.
В феврале 1921 года Красная армия заняла Грузинскую демократическую республику, и семья ушла в изгнание: через Константинополь во Францию, куда добралась в 1922 году. По воспоминаниям сослуживца, генерала Бернара Сент-Илье, юноше пришлось узнать и нужду, и физический труд, которым он зарабатывал на жизнь. В 1924 году он поступил в Сен-Сир, главное военное училище Франции, и через два года вышел из него су-лейтенантом (младшим лейтенантом). Выпуск его носил имя «Риф», по названию области на севере Марокко, где тогда шла война. Французского гражданства у молодого офицера не было, и служить он начал как иностранец, в 1-м полку Иностранного легиона в алжирском Сиди-Бель-Аббесе.
Строго говоря, Амилахвари принадлежал к грузинской эмиграции: его семья бежала из независимой Грузии, а не из Советской России. Но родился он подданным Российской империи, в семье, служившей русской короне, и Н. В. Сухов включает его в историю русского Марокко. В его книге это «выдающийся представитель российской эмиграции первой волны».
Марокканские годы
В 1929 году офицера перевели в 4-й иностранный полк, стоявший в районе Марракеша. Шла завершающая фаза французского «умиротворения» Марокко: в 1932-1933 годах колонны Легиона поднимались в Атлас, где горские племена держались дольше всех. Амилахвари командовал взводом и дважды был отмечен в приказе: 30 мая 1932 года за бои у Айт-Атто и в августе 1933 года за операции у горы Бадду. Это были его первые бои. В самом Марокко бои у Бадду ежегодно вспоминают как страницу национального сопротивления протекторату: горцы Тафилальта держались там несколько недель.
Марокко стало для него и домом. Ещё в 1927 году он женился на княжне Ирине Дадиани из рода владетелей Мегрелии; старшего из троих детей супруги потеряли в Сиди-Бель-Аббесе. Семья поселилась в Агадире: здесь 26 ноября 1931 года родился сын Отар, здесь же, по данным Суховых, в середине 1930-х годов появилась на свет дочь Тамара.
Сухов, опираясь на исследование В. В. Белякова, пишет, что князь возглавлял в Агадире военное училище; в биографическом словаре он назван «начальником школы профессиональной подготовки». Официальная биография Ордена Освобождения такой должности не упоминает: по ней, в январе 1937 года Амилахвари стал капитаном, а через два месяца вернулся в Сиди-Бель-Аббес командовать учебной пулемётной ротой. Так или иначе, с 1929 по 1937 год его служба была связана с Марокко. Сухов приводит его как пример эмигранта, сумевшего остаться в своей профессии, хотя многим бывшим военным из России в протекторате пришлось её сменить.
Среди выпускников Сен-Сира в Легионе он был не единственным уроженцем бывшей империи. В составленном Суховыми списке россиян, воевавших в Марокко в Иностранном легионе, стоят его ровесники: Сергей Андоленко, воевавший здесь в 1930-1932 годах и ставший потом бригадным генералом и историком Легиона; Владимир Александров-Дольник, погибший в 1932 году в бою при Тазигзауте; уроженец Тифлиса барон Борис Людингаузен-Вольф, в 1931 году лейтенант в Марокко, а в годы Второй мировой офицер Русской освободительной армии, воевавшей на стороне Германии. Одно училище и одна служба, но очень разные судьбы. Большинство же русских легионеров, даже бывшие офицеры в чине до полковника, служили рядовыми; как они попадали в Легион, мы рассказывали в первой части цикла, а о жизни и могилах легионеров во второй.
Июнь 1940 года
До войны Амилахвари оставался иностранцем. По словам Сент-Илье, гражданство он принял с началом войны, чтобы обеспечить будущее жены; Орден Освобождения относит натурализацию к весне 1940 года. Капитан к тому времени служил в новой 13-й полубригаде Иностранного легиона и вместе с ней отправился в Норвегию. В мае 1940 года легионеры высадились под Нарвиком, и командир роты огневой поддержки заслужил там ещё три благодарности в приказе и крест кавалера ордена Почётного легиона.
Пока полубригада воевала на севере, Франция рухнула. В середине июня часть вернулась в Бретань, и 19 июня Амилахвари с командиром полубригады полковником Маграном-Вернере и несколькими офицерами ушёл из Сен-Жаку-де-ла-Мер на Джерси, а оттуда 21 июня в Англию. Рядом был капитан Пьер Кёниг, с которым князя свяжет вся дальнейшая судьба. Офицеров уговаривали вернуться в Марокко, но они остались с де Голлем. Сент-Илье запомнил слова Амилахвари: «Я всем обязан Франции и не оставлю её в тот момент, когда нужен ей». Власти Виши ответили по-своему: 3 декабря 1941 года военный трибунал в Оране заочно приговорил к смертной казни четырнадцать офицеров, среди них Маграна-Вернере, Кёнига и Амилахвари. Каким было вишистское Марокко, куда их звали вернуться, рассказывает статья о режиме Виши в Марокко на «Культурном шоке».
От Эритреи до Бир-Хакейма
Дальше была долгая африканская дорога «Свободной Франции». После неудачной экспедиции к Дакару в операции против Габона Амилахвари участвовать отказался, чтобы не стрелять во французов. Весной 1941 года его рота воевала в Эритрее, при Керене и взятии Массауа. Летом началась сирийская кампания, где свободные французы сражались с войсками Виши и легионеры могли оказаться по разные стороны фронта; по словам Сент-Илье, Амилахвари добился, чтобы его батальон вводили в бой только в крайнем случае. 25 июня 1941 года он стал майором, 16 сентября принял командование 13-й полубригадой, а 25 сентября получил звание подполковника. 19 октября в сирийском Хомсе генерал Катру вручил ему знамя полубригады.
В 1942 году полубригада воевала в Ливии. Подполковник водил «джок-колонну», подвижный отряд из мотопехоты, артиллерии и броневиков, а во время обороны Бир-Хакейма, с 26 мая по 11 июня, был заместителем Кёнига, командовавшего 1-й бригадой «Свободной Франции». 31 мая его отряд уничтожил пять немецких танков, а в ночь прорыва, с 10 на 11 июня, он вышел из окружения в машине Кёнига. К дням Бир-Хакейма относят и слова, которые Легион цитирует до сих пор: «У нас, иностранцев, есть лишь один способ доказать Франции благодарность за оказанный нам приём: умереть за неё». 10 августа 1942 года в лагере Эль-Тахаг в Египте де Голль лично вручил ему крест ордена Освобождения.
Высота Химеймат
Через два с половиной месяца началось сражение при Эль-Аламейне. 1-й бригаде «Свободной Франции» достался южный фланг: взять высоту Химеймат и оттянуть на себя немецкие танки от главного удара Монтгомери на севере. В ночь на 24 октября батальоны Амилахвари прошли через минные поля, легионеры взяли часть плато, но немецкие танки контратаковали, и пришёл приказ отходить. Около десяти утра, уже при отходе, случилась та сцена с бронемашиной, с которой начался наш рассказ; её описал шедший рядом Сент-Илье. Осколок снаряда попал подполковнику в голову. Ему было тридцать пять лет. Вечером легионеры на плечах принесли тело к палатке Кёнига: генерал хотел провести ночь рядом с погибшим другом.
Первую могилу на пустынном плато у Химеймата отметили деревянным крестом. Фотография креста хранится в парижском Музее Освобождения, надпись на нём гласит: «Здесь покоится подполковник Иностранного легиона Амилахвари Дмитрий, погибший за освобождение Франции 24.10.42». Позже его перезахоронили на военном кладбище в Эль-Аламейне.
Семья пережила его ненадолго. В конце декабря 1944 года Ирина погибла в автокатастрофе. По данным Суховых, соратники мужа пригласили её в Тур на вечер его памяти, на обледенелой дороге машина разбилась, и вместе с Ириной погибла её сестра Элисо. Отар и Тамара остались сиротами, и по французскому закону их воспитание взяло на себя государство. Родившийся в Агадире Отар окончил парижский Институт политических исследований, учился в Национальной школе администрации и стал дипломатом.
Что эта история говорит нам сегодня
Память о нём оказалась долгой. Выпуск Сен-Сира 1954-1956 годов носит имя «Подполковник Амилахвари»; Сухов пишет, что решение принял Пьер Кёниг, ставший министром обороны. В 2006 году, к столетию со дня рождения, его именем назвали улицу в грузинском Гори, а в 2019 году президенты Франции и Грузии дали его имя новому формату диалога между двумя странами.
Амилахвари трудно уложить в одну национальную историю. Грузинский князь, внук русского генерала, офицер-иностранец французской армии, он впервые пошёл в бой в Атласе, а его сын родился в Агадире. Каждая страна вправе считать его своим, и ни одна не вмещает его целиком. Судьбы первой волны, которые Суховы восстанавливали по бюллетеням протектората, кладбищенским карточкам и церковным архивам, часто устроены именно так, и честнее рассказывать их, не присваивая. Другую такую жизнь, тоже прошедшую через Легион и Марокко, мы описали в очерке о Зиновии Пешкове.
Также использованы: биография Д. Амилахвари на сайте Ордена Освобождения (ordredelaliberation.fr); биография на портале «Chemins de mémoire» Министерства вооружённых сил Франции; воспоминания генерала Бернара Сент-Илье (Revue de la France Libre, № 279, 1992; публикация Amicale des Anciens de la Légion Étrangère de Paris); материалы сайта Иностранного легиона (legion-etrangere.com) и Фонда Свободной Франции (france-libre.net); фотография креста с могилы Амилахвари в собрании Paris Musées; стенограмма пресс-конференции Э. Макрона и С. Зурабишвили 19 февраля 2019 года (elysee.fr); материалы агентства MAP о боях у джебеля Бадду (mapexpress.ma).
В основе статьи: исследования Н. В. Сухова «История русской эмиграции в Марокко в ХХ в.» (ИВ РАН, 2019) и Е. Е. Суховой, Н. В. Сухова «Биографический словарь русской эмиграции в Марокко в ХХ в.» (ИВ РАН, 2019).
